|
|
 |
Понимая, что вассальная верность по отношению к Литл-Бритен не позволяет ему высказаться более вразумительно, и с благодарностью сознавая, что он и так сильно отступил от своих правил, я не счел возможным допытываться дальше.
Но, пораздумав немного у огня, сказал, что беру на себя смелость задать ему один вопрос, на который он волен отвечать или не отвечать, как ему будет угодно, причем я заранее подчиняюсь его решению.
Он прервал свой завтрак, скрестил руки и, захватив в горсти рукава рубашки (чтобы полнее насладиться домашним уютом, он завтракал без сюртука) и кивнул мне в знак того, что ждет моего вопроса.
Вы слышали что-нибудь об одном проходимце, чья настоящая фамилия - Компесон? В ответ последовал еще один кивок.
Он жив? Снова кивок.
Он в Лондоне? Уэммик кивнул еще раз, накрепко закрыл щель почтового ящика и с последним, заключительным кивком вернулся к прерванному завтраку.
А теперь, - сказал Уэммик, - когда с вопросами покончено, - он подчеркнул и повторил эти слова для моего сведения и руководства, - я перехожу к тому, что я сделал, когда услышал то, что услышал.
|
|
|
|
|
|
|
|